Не секрет, что зарубежные звёзды нечасто откровенничают с журналистами той страны, где они выступают. О своих проблемах и будущем они предпочитают рассказывать репортёрам со своей родины. Новичок "Шахтёра" Кристиано Лукарелли не стал исключением. В своём интервью Gazzetta dello Sport он поведал о подробностях перехода в донецкий "Шахтёр".

— Кристиано, каковы первые впечатления от Украины?
— Отличные. Честно говоря, я готовил себя к худшему, однако прибыл в город, который постоянно растёт и развивается, стараясь успеть выполнить программу подготовки к Евро-2012. В клубе всё также организовано на высшем уровне.

— И всё?
— Нет, есть ещё спортивная составляющая. Я имею возможность участвовать в Лиге чемпионов, кроме того, мы будем бороться с киевским "Динамо" за золотые медали чемпионата и Кубок Украины.

— Ты подтверждаешь, что перешёл в "Шахтёр" ради денег?
— Люди, которые думают, что я согласился на переход ради денег, должны задать себе вопрос: а почему в таком случае я отверг прошлогоднее предложение санкт-петербургского "Зенита"? На самом деле существует целый комплекс причин. Прошлый сезон опустошил меня как в моральном, так и в профессиональном плане.

— Ты имеешь в виду свист трибун во время матча с "Реджиной"?
— Это стало последней каплей, после того матча у меня пропали последние сомнения. Я понял, что существует некая категория болельщиков, которая только и ждёт удобного случая, чтобы оскорбить меня. В течение последних четырёх лет меня спасали 102 забитых мною гола. Апогеем всего стал матч с "Осером", в котором я забил победный гол, но меня тем не менее обвинили в том, что Спинелли (президент "Ливорно" – прим. авт.) может покинуть клуб из-за Лукарелли.

— Отставка тренера Арригони была следствием вашего конфликта?
— Он открыто, в присутствии моих товарищей по команде, говорил, что я разрушаю "Ливорно". Тогда кто-то сказал: "или Лукарелли, или Арригони".

— Это был президент Спинелли?
— Я не хочу называть имён, так как не стоит создавать конфликтную ситуацию.

— Ты бы мог предупредить о своём уходе болельщиков...
— Я сказал об этом после заключительного матча чемпионата с "Реджиной". Не моя вина, что они мне не поверили.

— Но ты говорил об этом много раз...
— Нет, всего дважды. Впервые после первого сезона в серии А, но тогда команду покинул Протти, и меня упросили остаться и отвергнуть предложения "Тоттенхэма" и "Монако". Во второй раз я намекнул на уход в прошлом году, но затем случилось так, что "Ливорно" неожиданно получил путёвку в Кубок УЕФА, и я захотел остаться в памяти людей в гранатовой футболке клуба.

— Протти предчувствовал твой уход?
— Он был единственным, кто находился в курсе переговоров. Он посоветовал ничего не говорить до того момента, пока сделка не станет официальной.

— Предприняли ли болельщики что-то, дабы удержать тебя?
— Нет.

— А Спинелли?
— Нет, но он хорошо распорядился деньгами, полученными от моего трансфера. Он купил Тавано и Тристана. За три года, которые оставались у меня по контракту, клуб в общей сложности должен был потратить 15 миллионов. Теперь "Ливорно" сэкономил их.

— Ты надеялся, что президент что-то предпримет?
— Да, хотя по всей вероятности, это ничего бы не изменило. Он позвонил мне на следующий день, когда я уже вылетал в Донецк. Спинелли сказал, что ему будет не хватать моих голов и наших споров.

— Почему он не удержал тебя в "Ливорно"?
— Через два дня после моего возвращения из Литвы, где сборная провела отборочный матч, я понял, что пришло время уходить, что от этого выиграют все. Спинелли позвонил мне, когда я занимался вопросами моей газеты. Он сказал, что договорился о моей продаже в "Портсмут".

— Ты не принял это предложение?
— Нет, я сказал, что самостоятельно займусь поисками новой команды. Поначалу я хотел перейти в "Сампдорию", где начал работать Вальтер Маццарри – очень важный в моей жизни человек, мой "второй отец". В "Сампе" я зарабатывал бы меньше, нежели в "Ливорно". Видите, дело было не в деньгах.

— Почему Спинелли не продал тебя "Сампдории"?
— Он сказал мне, что готов продать меня в любой клуб, кроме генуэзского. Он просто не смог бы спокойно ходить по городу.

— А затем появился вариант с "Шахтёром"?
— Да, я был на Сардинии, когда мне позвонил Мирча Луческу. Он сказал мне, что уже беседовал с руководством "Ливорно". Представители "Шахтёра" пригласили меня на экскурсию по городу, заказали для меня и моей жены частный самолёт. Я осмотрел Донецк, а днём позже спортивный директор "Шахтёра" отправился в Геную к Спинелли. Они договорились о сумме трансфера – 8 миллионов. В тот же вечер я подписал личный контракт.

— Ты знаешь, что многие до сих пор в недоумении и тяжело переживают по поводу твоего выбора?
— Вы думаете, мне самому легко? Я мало сплю, часто захожу на youtube и задаю поиск "Cristiano Lucarelli" и "brigate autonome livornesi" (независимые бригады Ливорно – фанатская группировка клуба, имеющая левые политические взгляды – прим. авт.).

— И что тебе пишут поклонники?
— Среди них есть настоящие друзья – друзья Кристиано, а не Лукарелли. Ещё в прошлом они советовали мне уйти.

— Ты когда-нибудь вернёшься в Ливорно?
— Конечно, там мой дом.

— Ты не лукавишь?
— Сегодняшний опыт показывает, что жизнь полна неожиданностей, но моя любовь к "Ливорно" вечна.