Олимпиада в Альбервилле, которой мы уже коснулись в статье о Викторе Петренко, дала Украине еще одного олимпийского чемпиона. В общем, тогда он уже был скорее российским спортсменом, чем украинским. Однако через несколько месяцев отправился в НХЛ из киевского "Сокола"… В общем, очень запутанная история, а ее герой – хоккеист Алексей Житник.

Какой-то особой любви к хоккею Житник, по его словам, в детстве не испытывал. Просто так сложилось, что однажды сестра привела его, семилетнего, вместе с братом-близнецом именно в хоккейную школу. Брата, кстати, хоккей впоследствии не слишком увлек. А Алексей занялся этим делом всерьез. И с пятого класса перевелся из обычной школы в спортивную.

Почему его назвали "Слоном" – прозвищем, оставшимся с ним на всю жизнь? И когда? По воспоминаниям Житника – еще в юниорах. Скорее всего, из-за крепких ног. Ну, а плечи тогда еще были развиты не очень. Ну, натуральный слон…

У него было прекрасное начало карьеры. В 17 лет – игрок основного состава "Сокола". В 18 – первый призыв в сборную СССР. Ну, а дальше… Советский хоккей начал разваливаться еще раньше, чем перестала существовать страна. Перспективы украинского хоккея были совершенно неясны. А Житник как раз достиг призывного возраста. В такой ситуации уклониться от ЦСКА (если ЦСКА этого хотел) было сложно. Виктор Тихонов видел в Житнике своего игрока. В то время это был, наверное, оптимальный вариант и для самого Алексея, при всей его любви к городу Киеву…

Вообще, вопросы гражданской принадлежности Житника не особо волновали – ни тогда, ни сейчас: "По большому счету все мы из Советского Союза, и так как я после развала СССР долго играл за границей, то считаю себя воспитанником еще той страны", - говорил он.

В ЦСКА, терявшем лучших игроков, молодой украинский защитник оказался "при делах". В конце концов, Тихонов даже ввел его в первую пятерку. Но когда тренеру армейцев поручили формировать сборную СНГ по хоккею для участия в Олимпиаде-1992, он соединил Житника с динамовской четверкой – Юшкевич, Алексей Ковалев, Жамнов и Петренко.

Хоккейный олимпийский турнир начался с игр в двух группах по шесть команд. Оттуда дальше, в плей-офф, проходили по четыре лучших сборных. Молодая сборная СНГ умудрилась победить канадцев 5:4, но проиграла Чехословакии 3:4. Итог – второе место в группе, что давало в четвертьфинале в соперники финнов. Ожидалась упорная борьба, ожидались серьезные проблемы для СНГ. Итог – 6:1 в нашу пользу – просто ошеломил. Команда прошла в полуфинал при всеобщем скепсисе, как бы не замечая его…

Тихонов сумел добиться такого микроклимата в команде и так подвести ее к решающим матчам, что она просто летала. Веселая, задорная игра. Отличное взаимопонимание. Абсолютная уверенность в своих силах. У американцев в полуфинале не было ни единого шанса. 5:2 – и сборная СНГ проходит в финал, где опять попадает на канадцев.

Там искрометного хоккея уже не получилось. Два периода вообще не дали результата. Но в последней 20-минутке наши все-таки "раскатали" противника. На три шайбы Буцаева, Быкова и Болдина канадцы смогли ответить только голом Линдроса. Особенно важным стал первый гол в исполнении Вячеслава Буцаева. Вспоминает спартаковец Игорь Болдин: "Этот гол, который будет сниться канадскому вратарю, по-моему, это был Шон Бурк, в кошмарных снах. Слава бросил с линии ворот, и шайба, попав то ли в щиток, то ли в конек вратарю, вползла в ближний угол. Это была очень важная шайба, которая позволила нам вздохнуть спокойнее".

Так "золото", в которое никто не верил, настигло игроков страны, которой не существовало…

Победа стала сенсацией для большинства, не верившего в кардинально обновленную команду. А что почувствовал сам Житник? "После того как мне вручили медаль - прямо на льду - никаких особых ощущений не испытал. Только со временем понял, чего мы добились. Ведь победить на Олимпийских играх - словно выиграть Кубок Стэнли. Можно 20 лет потрясающе играть в хоккей, быть отличным мастером, но остаться при этом без титулов. Мне повезло"…

И все-таки в НХЛ Житник перешел как игрок украинского клуба. Вот как он сам вспоминал весь процесс: "Конечно, мог я уехать за океан и из ЦСКА, откуда в тот год отбыли 18 человек, среди которых были и офицеры, и рядовые. Это роли не играло, за всех тогда платили компенсацию, и не было никаких проблем. Я уехал из Сокола потому, что в ЦСКА я отыграл только год, а в Киеве вырос как спортсмен, к тому же школу прошел здесь и это мой родной город. Я думаю, что поступил честно и правильно. Компенсацию за меня получил не ЦСКА, а моя родная команда, в конечном счете, все остались довольны". Компенсация, кстати, была – 250 тысяч долларов.

У олимпийского чемпиона Альбервилля начиналась большая жизнь…

В статье использованы фрагменты интервью Алексея Житника разных лет

Евгений Ясенов, "Террикон"