Сегодня, 5 октября, 65-летие отмечает легендарный вратарь "Шахтера" Юрий Дегтерев. Прославленный ветеран, воспитанный в группе подготовки "горняков", на всю жизнь сохранил преданность родной команде, за которую отыграл 17 лет. Накануне юбилея мы поговорили с Юрием Витальевичем на темы, которые волнуют человека, много видевшего и пережившего на своем веку.

– Юрий Витальевич, с высоты, как говорится, прожитых лет о чем-то жалеете? Может, о том эпизоде, когда Лев Яшин звал в московское "Динамо", прочил вас своим преемником, но вы отказали своему кумиру?
– Если бы вернулся в свою молодость, то немножко меньше тренировался бы. (Смеется.) Я честно говорю. Меня не надо было заставлять, гонять до изнеможения. Я сам до седьмого пота работал. Думаю, этим себя и загубил. Давал сумасшедшие перегрузки. В результате травмы не дали поиграть в сборной. Ведь на чемпионат мира 1970 года я должен был ехать основным вратарем. А моим дублером – Юра Пшеничников. Мениск помешал. Через год – операция на втором мениске, через два – на третьем. И на семь лет выпал из обоймы сборной. Потом пригласили аж в 1977-м.

– Если взять глобально: вратаря делает он сам или его коллеги по ремеслу, с которыми встречается в начале карьеры?
– Хотя и говорили, что моя игра похожа на манеру Льва Ивановича Яшина, но я ее не копировал. Просто смотрел и лучшее впитывал. У тех же Банникова, Кавазашвили… Каждый обладал какими-то качествами, которые мне импонировали. К сожалению, сейчас пропала преемственность советской вратарской школы. Мы почему-то начали уходить от нее в сторону западноевропейской. Там единицы по-настоящему надежных вратарей: что в мою бытность, что сейчас. А сколько классных голкиперов было в советском футболе? Если начать перечисление, пальцев на руках не хватит. Пильгуй, Гонтарь, Астаповский, Прохоров, Гогия, Урушадзе… Шло время, но сильные вратари не переводились. Дальше были Чановы, Дасаев, Харин, Прудников…

– Но сегодня же с вратарями во многих украинских клубах работают как раз воспитанники советской школы. Возьмем тех же Юрия Роменского, Михаила Михайлова. Но преемственности не наблюдается.
– Сам не могу понять: или молодые вратари не впитывают от них все лучшее, или ребята не могут передать им свои знания? Не буду приводить примеры, но многие поначалу выглядят перспективными, а потом становятся попросту ненадежными. Там, где должны выручать, пускают пенки. И так во всех командах.

– А давайте посмотрим под иным углом. Вы, кроме того, что видели игру других вратарей, анализировали ее, сами тренировались вместе со старшими, уже опытными. Набирались от них ума-разума?
– Конечно. Посмотрите, сейчас в командах основные вратари практически одногодки. Тогда такого не было. Когда я пришел в первую команду, Борис Стрелков заканчивал. Юра Коротких был в расцвете. И я их уже подпирал. Видел, как они тренируются, с ними вместе работал. Давайте не забудем и Саню Говорова. У них я брал лучшее. Они мне подсказывали. Но школу заложил тренер, когда играл, был нападающим. Петр Андреевич Пономаренко. Он, как ни странно, привил мне мягкость приема мяча, игру на выходах. Дальше надо было только совершенствовать это все.

– И пахать, пахать, пахать…
– Возвращаясь к началу нашего разговора. Может, где-то и тренерам нужно было мне сказать: "Юра, хватит". А я до и после каждой тренировки как минимум по полчаса работал. Оставались ребята, били по воротам, подавали с флангов. Одними из первых, так сказать, спарринг-партнеров были Лобановский с Базилевичем. Они свое наигрывали, я – свое. Любил под крученые мячи на выходах играть. Лобановский все удивлялся: "Как ты его ловишь?" А все просто: надо знать, в какую точку выскочить и встретить мяч. Здесь помогало чувство траектории, которое с детства было заложено, когда играл в баскетбол, волейбол.

– Как вы считаете, с вратарями обязательно должны работать голкиперы, поигравшие на высоком уровне?
– Думаю, да. Тренер вратарей должен сам поиграть в серьезных матчах, командах. Прочувствовать на своей шкуре, что такое высокий уровень футбола. Как у меня с Димой Шутковым было. Он говорил: "Ну, вы даете! Гоняете до полного изнеможения". А я ему, зная на своем опыте: "Терпи сейчас. Потом до 35 будешь спокойно играть. В тебя сегодняшняя работа впитается". Так оно и получилось. Но Дима мои нагрузки переносил, будучи взрослым. А мне их давали еще юному.

– Юрий Витальевич, не удивляет, что нынче вратари молчуны? Помнится, когда Дегтерев руководил обороной, даже на трибунах было отчетливо слышно. А ваше знаменитое "Я-я-я-я", когда выходили на верховой мяч, слышали, наверное, и за пределами стадиона.
– Вратарь должен уметь руководить обороной. Вы правильно заметили: сейчас это кануло в Лету. Ни разу не слышал, сидя на трибуне, вратарский подсказ защитникам: "Вправо! Влево! Сам!" Или, чтоб при игре на выходе услышал: "Я-я-я!" А при этом в стороны разбежались не только нападающие соперника, но и свои защитники. (Смеется.) Когда ты так уверенно действуешь, и обороне легче.

– На поле, получается, у вратаря друзей нет?
– Нет, почему! Есть. Лучший друг вратаря – штанга. (Улыбается.)

– Кому-то из нынешних вратарей симпатизируете?
– Мне нравится в игре вратаря простота. Чем проще, тем лучше. Как говорил Лев Иванович Яшин: "Юрочка, наша задача, чтобы вот в эту рамку за спиной мяч не пролетел. А чем ты его отобьешь: носом, рукой, ногой, грудью… Хоть мизинцем. Значения не имеет". А выделить могу Андрея Пятова, Антона Каниболоцкого, Дениса Бойко, Дмитрия Безотосного, Максима Коваля. Очень симпатична мне игра Александра Бандуры. Думаю, у него большое будущее.

В этот знаменательный день поздравляем Юрия Витальевича с юбилеем! Желаем крепкого здоровья, оптимизма, большого человеческого счастья! Пусть всегда и во всем нашему легендарному ветерану улыбается фортуна!