Министр спорта, туризма и молодежной политики РФ Виталий Мутко рассказал, как готовился к своей нашумевшей речи во время представления российской заявки на право проведения чемпионата мира 2018-го года.

- Вас лично как-то отблагодарили за блестяще проведенную заявочную кампанию?

- Хочу сказать положа руку на сердце: даже в мыслях не было, что меня должны как-то благодарить, - приводит слова Мутко "Спорт-Экспресс". - Сама победа и есть лучшая благодарность. До сих пор до конца не верю, что чемпионат мира пройдет у нас. Еду в Москве мимо Манежа - и ловлю себя на мысли: здесь состоится жеребьевка. Или приехал в Петербург, увидел Мариинский театр: а здесь пройдет предварительная жеребьевка. И хочется приблизить эти моменты. Представляю: в Ярославле играет сборная Бразилии - какой это будет праздник!

Честно скажу, когда сидел в Цюрихе и смотрел презентации других заявок, меня немного потряхивало: боялся, что наша задумка показать свою страну с помощью летающего мяча может быть использована кем-то еще - она ведь достаточно проста. Когда англичанин начал жонглировать мячом, я покрылся холодным потом. Но, слава богу, то был лишь эпизод.

С другой стороны, смотреть на другие презентации, если отбросить волнение, было крайне интересно. Это же были настоящие визитные карточки всех стран, представляемые с неподдельным энтузиазмом. И каждую видел весь мир. Я пришел к четкому выводу: чем больше участвуешь в подобных презентациях, тем лучше для твоей родины. Даже если не выигрываешь.

- Собственное выступление тяжело далось?

- Я понимал: если мы проиграем, то все свалят на мой "оксфордский" английский. (Смеется.) А сразу после презентации ко мне подошел Блаттер и сказал: "Виталий, ты нас всех обманывал! Зачем мы тратим деньги на переводчика для тебя?" Тут же Джек Уорнер из Тринидада и Тобаго добавил: "Виталий, только не учись говорить по-английски, как Джефф Томпсон - тогда я буду понимать тебя хуже!" Все дело в том, что Томпсон, говорит, как все англичане - распевно, глотая окончания, а я произносил все слова по слогам, и ударения на моей карточке были четко прописаны. Dear President Blatter, colleagues from the Executive Committee… Далее смотрю - написано "good afternoon". Думаю: это не надо, я уже здоровался - и эти два слова пропустил.

- Вы до сих пор помните весь текст?

- Конечно. Все эти россказни в интернете, что мне написали, а я с трудом прочитал, не понимая того, что говорю, неизвестно на кого рассчитаны. За последние пару недель перед презентацией я "достал" водителя, жену и дочерей этим Dear President Blatter! Помню, как в детстве младшая дочь все время просила меня прочесть на ночь сказку. А я хорошо знал только одну - о Котигорошко. Ее и использовал все время как базовую, дополняя новыми фрагментами. Постепенно дочка выучила основной текст, и когда я что-то упускал, тут же меня поправляла. А потом сама стала мне ее рассказывать. Вот и текст моего выступления они тоже выучили не хуже меня.

- Насколько сложно было заставить себя выступать на языке, которым плохо владеете?

- Знаете, когда я посмотрел видеозапись своей речи во время подготовки, первой мыслью было отказаться. Тем более что дополнительным тормозом оказались очки. В последние несколько лет посадил зрение, и теперь они мне требуются для чтения, а я пока к этому не привык. Да и на людях они меня несколько тяготят. А тут текст надо было видеть для страховки обязательно - любое пропущенное слово сразу убивало бы всю речь.

Но потом понял одну простую вещь: выступать надо не для всего зала и тем более не для многомиллионной телевизионной аудитории, а только для коллег по исполкому. Мы за четыре с половиной года совместной работы прекрасно друг друга узнали, и перед ними не надо бояться показаться смешным.

К тому же задача была - не просто выступить, а сказать что-то новое. Тот же испанец Анхель Мария Вильяр, мой хороший товарищ, выступил с мини-докладом о том, что все уже не раз слышали, да еще и на испанском языке - вряд ли он чего-то этим добился. Тем более что латиноамериканцы и так проголосовали бы за Испанию. Я же выступил если не на родном, то на очень близком для всех остальных языке. А окончательно меня убедила дочь, когда в один из последних перед презентацией дней сказала: "Пап, клево! Если проиграете и тебя выгонят, пойдешь в переводчики!" Но переживал, конечно, до последнего момента.

- Почему Владимир Путин не приехал в Цюрих до голосования?

- Такой была наша тактика. Перед отлетом в Швейцарию, поздно вечером 30 ноября, я подробно доложил председателю правительства ситуацию и высказал свои прогнозы. Они были достаточно оптимистичны и полету на презентацию никак не препятствовали. Но Владимир Владимирович сказал: "Передайте своим коллегам, что до голосования я не приеду, чтобы на них не давить. В этот день у меня будет интервью с Ларри Кингом, и я скажу на весь мир, что уважаю ФИФА и считаю ее социально важной организацией, нападки на которую абсолютно необоснованны. Но передайте им также, что если мы выиграем, то я сразу сяду в самолет и прилечу в Цюрих для встречи с Блаттером, на которой дам все необходимые гарантии, а также для участия в пресс-конференции".

Я еще пытался его уговорить прилететь до голосования, но это было бесполезно. И решение Путина оказалось, считаю, абсолютно правильным, хотя в победный вечер я и сказал ему: "Вот видите, если бы вы приехали, мы бы выиграли уже в первом туре". Это, конечно, шутка - в итогах голосования нельзя было быть уверенным до того самого момента, как Блаттер вытащил бумагу с названием страны из конверта. Кстати, еще до голосования, сразу после окончания нашей презентации, Владимир Владимирович позвонил мне и сказал: "Как бы все ни закончилось, передайте спасибо всей команде - нашей страной на этой презентации можно было гордиться".