Поведение президента ФФУ Григория Суркиса на заседании Конгресса, который то ли состоялся, то ли не состоялся 15 декабря в Киеве, вновь стало наглядным примером известного принципа "друзьям - все, врагам - закон".

Сухо и комфортно бывает, как правило, тогда, когда чувствуешь себя уверенно. Когда же уверенность развеивается, как утренний туман, тогда не до жиру. Похоже, что с уверенностью руководителя федерации произошла та же неприятность, что и с туманом. Иначе как объяснить тот факт, что на заседании Конгресса руководитель федерации отказался от настойчивого требования делегатов поставить вопрос о доверии президенту ФФУ на голосование. Свое несогласие Григорий Михайлович мотивировал тем, что, мол, повестка дня заседания уже давно утверждена. Однако в аналогичных ситуациях он нередко позволял себе поступать совершенно иным образом.

Например, в уже далеком 2001 году, на заседании Конгресса Григорий Суркис предложил делегатам включить в повестку дня вопрос о вотуме доверия к себе любимому. Заметьте: предложение Суркиса было "с голоса". Такая инициатива президента федерации объяснялась вполне логично. Накануне Конгресса президент "Шахтера" Ринат Ахметов подверг Суркиса резкой критике. Последний и инициировал включение этого вопроса в повестку дня. Голосование состоялось. Президент федерации получил уверенную поддержку большинства, после чего делегаты перешли к вопросам, изначально запланированных к рассмотрению. И никто тогда даже не заикнулся, что подобная инициатива рулевого федерации может противоречить уставным нормам. Наоборот, многие отмечали уверенность Григория Михайловича в собственных силах, желание реагировать на критику оппонентов.

Со временем эта уверенность президента ФФУ только укреплялась. Она позволяла моментами манипулировать уставными нормами. И в то же время закрывать глаза на критику, которой звучало в его адрес все больше и больше.

В прошлом году, на заседании Конгресса, президент Премьер-лиги Виталий Данилов внес предложение включить в повестку дня вопрос о предоставлении профессиональным футбольным клубам коллективного членства в ФФУ. Опять-таки, председательствующий на заседании, он же президент ФФУ, имел полное право отклонить предложение Данилова, поскольку оно изначально не было внесено в повестку дня. Однако Григорий Михайлович поступил так, как в 2001 году. Вопрос был поставлен на голосование. И большинством голосов отклонен. Стало быть, наш главный футбольный функционер попросту был уверен в результатах голосования. Поэтому и позволил себе поиграть в демократию.

Иное дело – последний Конгресс. Резонансные высказывания Григория Михайловича о ПЛ и ПФЛ, демонстративное ужесточение Дисциплинарных правил, похоже, получили свое негативное отражение. Причем не только на оппонентах главы ФФУ, но и, возможно, на его еще вчерашних приверженцах. От пресловутой уверенности Григория Суркиса не осталось и следа. Когда первый вице-президент федерации Сергей Стороженко предложил включить вопрос о доверии к президенту ФФУ в повестку дня, Григорий Михайлович долго и упорно рассказывал о том, что делать этого нельзя. Ибо как противоречит уставу. Почему раньше было можно – он так и не сказал.

Зато стало понятно, почему нельзя сейчас. От былой уверенности главы ФФУ не осталось и следа. Ряды его сторонников заметно поредели. И он прекрасно понимал, что, поставив вопрос на голосование о доверии, с треском бы проиграл. А что случилось бы именно так, наглядно показало голосование по утверждению повестки дня. 75 голосов против, и лишь 55 – за. С правом голоса было 137 человек. Вопрос считается принятым, если за него проголосовали половина плюс один делегат. Получается, нужно быть или самоубийцей, или слишком гордым и честным, чтобы в таких условиях играть в нечто подобное русской рулетки.

На поверку Григорий Михайлович не оказался самоубийцей. Однако и слишком гордым его теперь назвать тяжело. Поняв, что может не просто проиграть, а проиграть с треском, потерять сразу всю власть, он попросту убежал. Не удосужившись даже объявить о закрытии Конгресса.

Виктор Аналитик, специально для "Террикона"