Практически вся профессиональная карьера этого голкипера связана с "Металлистом". Были два незначительных перерыва, но Александр Горяинов неизменно возвращался в родной клуб. Наверное, справедливо, что именно его харьковские болельщики называют символом клуба.

С небольшими перерывами, вся твоя карьера связана с "Металлистом". Что для тебя значит эта команда?
"Металлист" – команда всей моей жизни. Для меня это все. Не подумайте, что это пафосные речи – это в самом деле так.

За последние годы харьковская команда высоко взлетела. За счет чего?
Не буду оригинальным, если скажу, что творцом наших побед являются главный тренер и президент клуба – Мирон Маркевич и Александр Ярославский.

А финансовый фактор? Все ли решают деньги?
Хотелось бы надеяться, что не все. Иначе было бы неинтересно играть.

Все-таки, два перерыва в выступлениях за "Металлист" у тебя были. Вспомни о том, как это было, как происходили возвращения?
Первый раз было банальное объяснение смены команды. Пришло время служить в армии, и я ушел в "ЦСКА-Борисфен". Мы вдвоем туда поехали с Сергеем Селезневым. Отыграл немного – 11 матчей за все время, если не ошибаюсь. В то время место основного голкипера было прочно занято Виталием Ревой. Потом вернулся в "Металлист", так как было правило, по которому после службы в армии надо возвращаться в тот клуб, откуда тебя забирали. В то время в команде работали Михаил Иванович Фоменко и Валерий Михайлович Бугай – они меня с радостью приняли.

А второй уход…
Тогда в "Металлисте" поменялась власть. Долги Александра Фельдмана перед футболистами составляли по несколько месяцев. Я был своеобразным делегатом от всей команды; спрашивал, когда ребята получат зарплату. Хоть и не очень приятно об этом вспоминать, но меня тогда назвали "рвачем". Поэтому с новым контрактом не сложилось. Пришедший в команду Геннадий Литовченко подбирал исполнителей под себя, а мне предложили условия намного хуже тех, что были раньше. У меня в то время была уже семья, двое детей. Поэтому я решил тренироваться самостоятельно – меня даже на базу не пускали, что было очень оскорбительно.

Сезон начинался, и у меня появилось единственное предложение. Поступило оно от Сан Саныча Косевича. Раздумывать особо не приходилось, и я поехал в "Кривбасс", где отыграл практически полностью два сезона – 54 матча. От пребывания в Кривом Роге остались нормальные впечатления – даром этот период не прошел. А потом позвонил Евгений Алексеевич Красников с предложением вернуться в "Металлист", за что я очень благодарен и ему, и Мирону Богданычу. Последние пять лет, безусловно, лучшие в моей карьере.

Они лучшие и в истории "Металлиста". А вот можешь ты вспомнить за последние 20 лет самые тяжелые времена для клуба?
Какой-то один выделить не могу. Их было несколько. Было и такое, когда футболисты команды покупали возле метро пирожки с картошкой, кубики "Магги" и варили бульон, потому что в клубе не кормили. Много всякого было. Главная причина – отсутствие денег и смена собственника. Бывает, приходит новый руководитель, начинает обещать, как все хорошо будет. А через два-три месяца все повторяется с точностью – снова ничего не платили.

А лучший для себя отрезок времени можешь назвать?
Это сезон, когда мы успешно выступали в Кубке УЕФА. Тогда очень себя уверенно чувствовал. За нашими защитниками (Папа Гуйе, Милан Обрадович, Виталий Бордиян, Александр Бабич) был как за каменной стеной.