Защитник Владимир Езерский, ныне выступающий за луганскую "Зарю", рассказал о своей карьере в донецком "Шахтере".

- Мирча Луческу был у тебя, дай угадать, первым тренером европейского типа?
- Нет, первым был Олег Протасов, скажем так, с европейским виденьем, похожим на Луческу. Потому что если сравнить, то украинские тренеры, они исповедовали ближе к динамовской школе стиль. А с приходом в днепропетровский "Днепр" Олега Протасова мы по-другому стали играть, по-другому подход был.

Если мне человек говорит, мне нужно 40 дней на сборы, чтобы подготовить команду к чемпионату Украины ко второму кругу, то это уже другой подход. Другие команды сидят там по 2-3 месяца на сборах, а он говорит, мне нужно 40 дней, но, чтобы вы выполнили этот план!

Конечно, что все же было интересно с таким человеком работать. Я считаю, что он один из самых успешных тренеров в Украине, потому что не каждому тренеру удается завоевать чемпионский кубок в Греции, и чемпионство получить в Румынии. Я не буду углубляться в детали, но он действительно толковый человек, другое дело, что, возможно, у него под рукой не было материала нормального, толкового... Нужен для этого такой президент, чтоб свою четкую линию имел.

Скажем так: взять "Шахтер", то здесь президент делает все, чтобы у его тренера были те игроки, которых тренер хочет видеть, вот и он под свою модель набирает игроков, так же было и в киевском "Динамо" во времена Лобановского. Мне как известно, он приехал на сборы в киевское "Динамо", а там и Глеб был, и еще пятеро игроков потом известных, но они не прошли, хотя потом они хорошо себя проявили в других клубах. Но реальность на сегодняшний день такая, что многие президенты на подбор игроков, на комплектацию, имеют влияние, и потому у некоторых тренеров не выходит довести все до задуманного.

- А кто из президентов на тебя произвел наибольшее впечатление?
- Когда мы в "Шахтере" прошли австрийскую команду "Зальцбург" и попали в Лигу Чемпионов, у нас был ужин после матча. И я вот так лично познакомился с президентом Ринатом Леонидовичем, и мы немножко стали разговаривать. И он мне говорит: "я не имею права тренеру ни одного слова сказать о тренерском процессе, и кого куда ставить, если я хоть слово скажу, то мне уже не нужен этот тренер, я уже могу брать свисток и выходить тренировать команду". То есть, я считаю, что у Ахметова есть подход, свой подход, правильный. В Украине каждый человек должен заниматься своим делом, которое он понимает.

- Однако "Шахтер" для тебя теперь вчерашний день?
- Когда я перешел в донецкий "Шахтер", я полтора года играл во всех играх, главный тренер на меня рассчитывал, и первый год я провел, если я не ошибаюсь, 23 игры в разных соревнованиях и завоевал чемпионство. У меня со всеми хорошие были отношения, потому что мы не один год играли и встречались на зеленых полях. И с бразильскими футболистами и с европейскими, конечно, а по сборной и с украинцами. Однако произошел тот случай на финале в Харькове, когда меня дисквалифицировали, и он повлиял на всю мою последующую жизнь в "Шахтере".

- Ты имеешь в виду тот конфликт с нападающим "Динамо" Бангурой?
- Ну вы поймите, я пытаюсь никогда не быть таким грубияном, и я всегда просто не даю себя в обиду, вот и все! То есть я мог отреагировать адекватно, если ко мне относятся соответствующим образом. Конечно, на поле я агрессивен, возможно и эмоционален, но когда проходит игра, каждый человек отдыхает и начинает анализировать потом, ты делаешь выводы, где-то ты был прав, где-то ты был не прав. Я в этом моменте был прав, потому что можно выяснить отношения по-другому, есть главный тренер, есть момент в игре, есть судья, им делать выводы. Он меня зацепил по лицу, и обычно я никогда не позволю такого никому, тем более легионерам, чтобы они себя вели так свободно и нагло.

Возможно и не стоит было так реагировать... В том эпизоде с Бангурой, я мог просимулировать, просто упасть и ему бы дали красную карточку. Но я просто не такой человек, то есть я не буду в настоящий момент разбирать эпизод с Кучером и его симуляцией на удар Вукоевича, просто я совсем другой человек, у меня другие взгляды. Я ненавижу симуляции и никогда со своей стороны такого не допускал. Это не украшает футбол, вот почему мне нравится английский чемпионат, потому что там действительно идет борьба, и она не портит рисунок игры.

Например, где-то человек упал и 1:0 с пенальти забили, а затем оказывается, что там ни штрафного, ни пенальти вовсе не было. Я такого не понимаю, у меня немножко другой взгляд на это все. И в ситуации с Бангурой я просто сам себя тогда наказал. Мне стоило по-другому сделать, не бежать за ним в раздевалку, потому что меня тогда дисквалифицировали, если я не ошибаюсь, на 2-3 игры, и я до конца чемпионата уже не смог помочь "Шахтеру" в первенстве. Хотя в принципе я мог доиграть этот чемпионат, но вышло так, что я выпал из обоймы игроков основы. Я тогда себя и с финансовой точки зрения наказал, и с игровой.

- То есть ты хочешь сказать, что этот эпизод в Харькове повлиял на твою последующую футбольную жизнь?
- Так вышло. Луческу мне уже не доверял, в Кубке УЕФА я тоже сыграл совсем ничего, и хотя получил его, однако могло быть все иначе. Мирча Луческу очень умный человек, он умный тренер, и обычно, он принимает во внимание все факторы. Я с ним разговаривал, он говорит, ты очень эмоционален на поле, и ты порой не контролируешь свои эмоции. Конечно, он прав, что оно где-то может в других матчах высшего уровня может отразиться, и это он мне сказал: ты просто сам себя наказал.