Сегодня исполняется 75 лет бразильцу Тостао, чемпиону мира 1970, лучшему футболисту Южной Америки 1971, одному из ярчайших представителей своего поколения, до обидного рано свернувшему карьеру. "Террикон" вспоминает этого необыкновенного мастера...

На видео, с которого мы начали, есть замечательный момент, прекрасно характеризующий как стиль Тостао, так и блеск тогдашней сборной Бразилии. С отметки 1:27 идет момент встречи "селесао" и сборной Перу на чемпионате мира 1970. Бразилия получила право на угловой. К флажку подбежали двое - Тостао и Ривелино. Дальше пошла чистая импровизация, как вспоминал позже Ривелино. Тостао пнул ему мяч ногой, а сам по сложной дуге оббежал защитника. Ривелино увидел, что партнер оказался совершенно свободен, и дал ему мягкий пас "в обвод" стоящего между ними соперника. На несколько секунд Тостао оказался в штрафной площадке совершенно один. К нему бросились двое перуанских защитников, но бразилец успел прицелиться и послать мяч точно под штангу - почти под нулевым углом.

В дворовом футболе это называется - "развести, как пацанов". Между тем, противостояла Бразилии очень прилично игравшая на том чемпионате сборная Перу, а матч был четвертьфиналом!

Советскому болельщику этот футболист был известен в основном по песне Владимира Высоцкого "Разговор с женой", написанной тогда же, в 1970. Там был такой куплет:

Может не считает и до ста он,
Но могу сказать без лишних слов:
Был бы глаз второй бы у Тостао -
Он вдвое больше б забивал голов.

Тостао не был одноглазым, это Высоцкий погорячился. Но проблемы имел. В 1968 он во время игры получил сильнейший удар мячом по голове, в результате отслоилась сетчатка. Тостао перестал видеть левым глазом, местные специалисты сделать ничего не могли, нашли врача в США, где сделали операцию. К Тостао вернулось зрение, но год спустя опять начало пропадать. Потребовалась повторная операция, все опять нормализовалось, но игру головой ему пришлось почти совершенно исключить для себя.

Вот философия его игры, сформулированная им самим: "В противоположность тем форвардам, которые придерживаются своего места, я люблю передвигаться вдоль всей линии нападения, в штрафную площадь вхожу только тогда, когда считаю, что гол созрел. Я хочу видеть игру, все время следить за нею... Я твердо убежден в том, что нужно все время пытаться делать именно трудные передачи. Я не стараюсь подражать ни Пеле, ни другим знаменитым центрфорвардам, так как не обладаю ни силой Вава, ни скоростью Адемира. Каждый должен играть в соответствии со своими физическими возможностями. Мои физические возможности позволяют мне делать финты, проводить тонкие комбинации. И еще. Нужно приучить себя к выполнению любых самых сложных технических приемов, не глядя себе в ноги, на мяч".

Тостао стал первым лауреатом в голосовании на титул лучшего футболиста Южной Америки. Эту акцию впервые провела венесуэльская газета El Mundo в 1971. Бразильский волшебник опередил таких конкурентов, как аргентинцы Омар Пасториcа и Луис Артиме, перуанец Теофило Кубиллас, соотечественники Жерсон и Пеле. Результаты выглядят немного парадоксальными - именно в 1971 Тостао не совершил ничего выlающегося. За сборную забил всего дважды, с клубом не выиграл ничего внутри страны и не участвовал в Кубке Либертадорес. Но был ли хоть кто-то в Южной Америке, кто назвал бы выбор El Mundo несправедливым? Первый титул достался человеку, соединившему в себе поэзию футбола, спортивную страсть и человеческую волю.

Тостао был так хорош в предыдущие годы и так мужественно вел себя, возвращаясь к футболу после травмы, что даже в отсутствие побед был достоин называться лучшим из лучших.

Но ему все-таки пришлось уйти из футбола гораздо раньше, чем хотелось бы всем. Последний матч за "Васко да Гама", куда перешел из "Крузейро", он сыграл в 1973, в возрасте всего 26 лет. Очередной неудачный эпизод, очередное обострение с глазом... Короче говоря, пусть тогда игра и не была такой жесткой и контактной, как сейчас, но Тостао в ней пребывать было опасно. И он ушел, превратившись со временем в популярного журналиста и эксперта.

К современному футболу, кстати, он относится спокойно, без стариковского пренебрежения - мол, в наше время все было лучше. Но тем не менее, больше любит все-таки ту игру, которая была в годы его молодости: "Мы, старички, любим видеть прошлое в романтическом ключе. Хотя я на самом деле считаю, что тогда игра была более здоровой и интересной. Мы вкладывали в выступление душу и умели наслаждаться красивым пасом, ударом или тем, как футболист контролирует мяч. В этом была определенная поэзия, которой не встретишь в современном спорте".

Возможно, сейчас Тостао и не удалось бы пробиться в профессиональный футбол - уж слишком субтильным он был в детстве. Он и тогда не очень-то в себя верил и будущее свое со спортом не связывал. Но у отца оказался правильный знакомый - тренер команды "Америка" из родного города Тостао, Белу-Оризонти. Он смог убедить мальчика, что наступает время таких, как он - ловких и сообразительных, что время атлетов проходит. Это были правильные слова, сказанные в нужный момент. Маленький Тостао начал исступленно тренироваться - и в 15 лет стал игроком "Америки". А еще через 2 года - сенсацией "Крузейро", главного клуба города. Болельщики "синих" стали называть его Mineirinho de ouro - "Золотой шахтерчик" в буквальном переводе, "Золотоискатель" - в правильном. Белу-Оризонти всегда считался шахтерским городом, прозвище было всем понятно.

И Эдуарду Гонсалвеш де Андраде, имевший и другое, более известное прозвище Тостао (в переводе - "Мелочь"), отправился в свой поход за "золотом"...

Подписывайтесь на страницу terrikon.com в Facebook и профиль terrikon.com в Instagram, чтобы быть в курсе главных спортивных событий.

Федор Ларин, специально для "Террикона"