Кому из нас по жизни не придумывали прозвища? Но если у многих они остались в детстве, то у футболистов они используются на протяжении всей карьеры. Катер, Мистер, Корова — и это не все клички, на которые им приходится отзываться.

В основном прозвища становятся производными от фамилии либо имени. Так защитника «Ильичевца» Станислава Микицея болельщики и партнеры по команде называют Мики, а Ярошенко – Яриком. А вот у литовского легионера мариупольской команды Мантаса Самусиоваса два прозвища. Кроме прозвища Сэм, как его называют в команде, фанаты «Ильичевца» дали еще одно – Торпедон. По их мнению, это демонстрирует ту мощь и бесстрашие с которыми вступает Мантас в единоборства. Кроме того, это также напоминание тому периоду жизни Самусиоваса, когда он выступал за московское «Торпедо».

Похожая ситуация у форварда «Ильичевца» Лимы. До переезда в Европу в родном «Фламенго» его называли Северино, а Лимой он стал на Старом континенте. Но с недавних пор к бразильцу прицепилось еще одно прозвище – Мистер. Во время поездки на матч его окликнули партнеры по команде, но Лима был чем-то занят и произнес следующее: «Сейчас мистер, одну минутку». Вот так у наставника донецкого «Шахтера» Мирчи Луческу появился тезка по прозвищу.

А вот у Руслана Петровича (ударение на первый слог) прозвище «Петрович» (с ударением на второй слог) прицепилось после оговорки диктора по стадиону. Но затем его несколько подсократили и Руслана в команде называют - Петя, что также является производной формой от фамилии.

Бывает так, что какое-то выражение, сказанное в беседе, может прицепиться как прозвище. Так экс-полузащитник мариупольцев Константин Сахаров в своей речи часто употреблял «елы-палы» из-за чего и стал «Палычем» при том что по документам он был Анатольевич.

Бывало, что у нескольких футболистов мариупольской команды были одинаковые прозвища. Сергея Любинецкого, кумира мариупольских мальчишек начала 90-ых годов, с детства звали Мотя, а когда мариупольская команда мастеров выступала в высшей лиге к нам в аренду из киевского «Динамо» пришел Матвей Николайчук, которого также звали в команде Мотя. Но затем он получил новую кличку – Философ, за то, что в поездках читал учебники по философии.

Были в мариупольской команде и два игрока с кличкой - Седой. Но если Сергею Колеснику дали это прозвище, трансформировав его собственное имя, то Дмитрию Есину – за цвет волос.

У Андрея Котюка, выступавшего в конце 90-ых в Мариуполе, его фамилия трансформировалась в транспортное средство. На поле партнеры называли его Катер, при том что особой скоростью этот игрок не отличался.

У бывшего игрока «Ильичевца» Владимира Полищука наверное был самый уникальный способ получения прозвища – благодаря мультипликационному персонажу. В мультфильме «Приключения блудного попугая» попугай Кеша голосом Геннадия Хазанова говорит: «Преступников преследует майор Полищук на моцоцикле». Вот так мариупольский Полищук стал майором.

А бывший защитник «Ильичевца-2» Михаил Денисов прозвище Мартен получил за то, что перешел в команду из заводского цеха. Как гласит легенда, когда Денисова спросили, почему он пришел в футбольный клуб Миша ответил: «Лучше слушать главного тренера, чем старшего мастера».

И в советские времена у игроков мариупольской команды тоже были прозвища. Так нападающего Федора Матюшевского за его неповоротливость звали Корова. А воспитанника мариупольского футбола Виталия Хмельницкого, во времена его выступлений за донецкий «Шахтер» в середине 60-ых годов, звали Чайка. Вот как сам Виталий Григорьевич объясняет это прозвище:

- В киевском "Динамо" и сборной Союза меня называли, не мудрствуя лукаво — Хмель. А вот в Донецке у меня было очень интересное прозвище — Чайка. Причем "приклеилось" оно вследствие казуса, который я сам невольно инициировал. Случилось это в 1962 году в Москве, накануне финала Кубка страны. Едем из гостиницы в "Лужники". В автобусе тишина, все сосредоточены на предстоящем матче. И только Савельев с Ананченко заняты делом — разгадывают кроссворд. Поворачиваются ко мне: "Хмель, ты на море вырос. Ну-ка, морская птица из девяти букв?". По-видимому, имелся ввиду альбатрос. Но от неожиданности я ляпнул первое, что пришло на ум: чайка. А я ведь еще немного заикаюсь, поэтому у меня как раз девять букв и получилось: "Ч-ч-ч-ч-чайка". Все как засмеялись. Ошенков сразу: "Что такое? Что за смех? Забыли куда едем?" А ко мне с тех пор эта "Чайка" так и прилипла.