Сегодня исполняется 100 лет со дня рождения одного из лучших форвардов в истории "Шахтера" - Александра Пономарева. "Террикон" вспоминает об этом человеке и о событиях, сопутствовавших ему в донецкой команде...

Можно долго спорить о том, кто был лучшим центрфорвардом в истории "Шахтера" - Виталий Старухин, Виктор Грачев, Андрей Воробей или, скажем, Факундо Феррейра. А можно вспомнить Александра Пономарева - и сразу замолчать. Потому что, скорее всего, лучшего не было. Другое дело, что он провел в команде немного времени...

Во всех статистических источниках указывается, что Пономарев играл в "Шахтере" два сезона - 1951 и 1952. Они вместили один триумф и одну трагедию. Сначала - невиданный взлет команды из глубоко провинциального (хотя и всесоюзно известного) города Сталино, бронзовые медали в противоборстве с лучшими командами страны - а на следующий год падение на самое дно и вылет из высшей лиги. Пономарев в этой команде завершал карьеру игрока - и завершил ее не на самой высокой ноте...

Но мало кто обращает внимание на то, что он выступал за нее и ранее. Причем намного ранее - в самом начале своей карьеры и ее истории. Правда, тогда она базировалась еще не в Сталино, а в Горловке, и называлась не "Шахтер" и даже не "Стахановец", а "Угольщики". Туда 18-летнего игрока взяли из местной юношеской команды "Динамо". В "Угольщиках" Пономарев провел полгода, а потом его сманили в Сталинград, где через несколько лет он стал известен всем как лидер атак сенсационного "Трактора".

"Угольщики" возникли в качестве искусственного проекта, созданного по решению ЦК профсоюзов. Для того, чтобы сформировать эту команду, слили два уже существовавших динамовских коллектива - сталинский и горловский. Почему местом его приписки сделали Горловку? Потому что приличного стадиона Сталино не имел. А Горловка - как раз наоборот. Там был вполне солидный 15-тысячник имени Балицкого. На нем и принимала в весеннем чемпионате СССР гостей команда "Угольщики" с Пономаревым в составе. Играла она, понятно, не в высшей лиге, а всего лишь в третьей по силе (тогда она называлась "Группа В"). Выступили "Угольщики" слабенько - 7-е место из 8 команд. Были такие результаты, как 2:6 с ростовским "Динамо", 0:5 с бакинскими "Строителями", 1:4 с казанским "Динамо". Это была команда с совершенно "дырявой" обороной (24 пропущенных гола в 7 матчах), но достаточно результативная (14 забитых мячей). Один из голов - на счету Пономарева. Это был последний матч с харьковским "Спартаком", уже ничего не решавший. "Угольщики" изрядно порезвились, победив 4:2. Молодой форвард открыл счет на 25-й минуте. Это была его лебединая песня в донецкой команде...

В Сталинграде молодой Пономарев сразу стал главным бомбардиром. Крепкий, отлично координированный, резкий и взрывной, он был неудержим на передней линии, если ему давали пространство и время. За "Трактор" он провел 4 сезона, в каждом из них был самым результативным игроком команды. В 1938, забив 19 голов в 24 матчах, стал лучшим бомбардиром всего чемпионата СССР. Каждый год ожидали, что его заграбастает какая-нибудь московская команды. И в 1941 это случилось - Пономарева забрали в еще один искусственно созданный коллектив, "Профсоюзы-1". Оттуда он плавно перекочевал в "Торпедо", где стал выступать после войны.

В команде автозаводцев Пономарев превратился во всесоюзную звезду, регулярно появлялся в списках 33 лучших футболистов Союза, в 1948 стал лучшим центрфорвардом страны, двумя годами ранее во второй раз опередил всех в споре бомбардиров чемпионата Союза. Его репутация была великолепна, и даже в возрасте 32 лет будущее на ближайшие годы казалось обеспеченным. Но самому Пономареву казалось, наверное, иначе.

Он был родом из 3-тысячного поселка Корсунь, который примыкает к Енакиево и основан румынами, переселенными в свое время по проекту Екатерины II для освоения Дикой Степи. При всем обретенном столичном лоске, Пономарев не мог потерять ощущение родства с Донбассом. И когда на его горизонте возник министр угольной промышленности Александр Засядько - Пономарев воспринял его предложение как предложение, от которого невозможно отказаться. Не потому, что ему чем-то угрожали. Совсем нет! Причины были совсем другие, и их было две.

О переходе Пономарева из "Торпедо" в "Шахтер" рассказывают несколько источников, и сходятся они в том, что предложение звездному форварду Засядько сделал просто фантастическое. С учетом уровня инфляции и советских реалий - наверное, сродни тому, что сделал ПСЖ Неймару. В числе прочего - четырехкомнатная квартира в Москве, козырь совершенно неубиваемый! Вторым моментом был донбасский патриотизм, на который Засядько, один из лучших переговорщиков своего времени, тоже сумел эффективно надавить. И случилось неслыханное - Пономарев согласился!

"Бронзовый" сезон 1951 он провел на высшем уровне. У Засядько не было причин для недовольства. Его звезда забила 15 голов - столько за сезон в "Шахтере" еще никто не забивал. Всего лишь на один больше имел на своем счету главный бомбардир чемпионата тбилисец Автандил Гогоберидзе. Как правило, голы "Пономаря" были своевременными и определяющими. Придя в команду, он сразу поставил себя так, что тренер Виктор Новиков оказался в тени, из которой так и не смог выбраться. Оказалось, что для команды это даже лучше. Реально, как вспоминали партнеры, действиями на поле руководил именно Пономарь - а иногда, случалось, и замены проводил.

Забил он и самый решающий, "бронзовый" гол. Это было в матче с тбилисским "Динамо". Нападающий того "Шахтера" Олег Жуков вспоминал: "Возле штрафной меня сбивает центральный защитник – по месту правого инсайда. Пономарь ставит штрафной. Я не видел, чтобы такие голы забивали: в самый верхний угол пушечный удар. Маргания, вратарь их, летел, как обезьяна – ударился о стойку, ребра поломал, "скорая" забирала его с поля. Вся трибуна встала, кричит: "Вах, вах, Пономарь!" Этот гол принес нам медали".

О том, что случлось с "Шахтером" на следующий год, болельщики предпочитают не вспоминать. Команда заняла предпоследнее место и покинула высшую лигу. В 13 играх - всего одна победа. У самого Пономарева - всего 4 забитых гола (из 14 командных). Если это и был "сплав" тренера, как кое-кто предполагал, то уж очень жестко получилось. Так или иначе, но тренера действительно "ушли". И руководить командой поставили Пономарева, который и без того уже де-факто был в ней главным человеком.

Так и получилось, что тренерскую карьеру Пономарев начал в том же клубе, где стартовала и его карьера игрока. Он смог вернуть "Шахтер" в высший союзный дивизион - хотя и не сразу, только со второй попытки. Вернув, отработал пару сезонов вполне пристойно - оба раза команда занимала 7-е место, по тогдашним своим возможностям - почти предельный результат (выше были только московские команды и "Динамо" Киев). Но потом заскучал и ушел тренировать юношескую сборную СССР.

Так закончились донбасские подвиги этого великого игрока, который с показателем 168 голов за карьеру долго (до появления Олега Блохина) оставался лучшим бомбардиром советского футбола всех времен. Один его рекорд кажется и вовсе непостижимым - 9 голов в кубковом матче против саратовского "Динамо" на заре его сталинградского этапа. "Прямо шел на соперника, бросая ему вызов, и часто побеждал в единоборствах. Легко обыгрывал 3-5 противников, получалось и больше. Удар у него был тяжеленный, словно из пушки. Как никто другой, он умел бить с носка, "пыром". Умело закрывал мяч, своим невысоким, крепко сбитым корпусом", - так характеризовали его в советских футбольных справочниках.

И все-таки - был ли он лучшим форвардом в истории "Шахтера"? Все-таки, пожалуй, да... Из тех, кто так или иначе прикоснулся к клубу. Другое дело, что прикоснулся к ней он очень ненадолго.

Обсудить новость можно на страничке terrikon.com в Facebook https://www.facebook.com/terrikon

Евгений Ясенов, специально для "Террикона"