Экс-президент "Металлиста" Александр Ярославский - о том, как строился харьковский коллектив.

— Когда пришло ощущение, что вы в игре? Когда начали трястись коленки во время матча?

— Когда оно пришло, было уже поздно. (Смеется.) Это незаметно подкралось. Нельзя сказать: в четверг, или пятницу, или в 2007 году. Это в один прекрасный момент встаешь и понимаешь, что ты попал. И найти тот момент или тот день, тот час... Я не могу сказать. В один прекрасный момент меня начало трясти, я начал крестить футболистов тихо. Я смотрю на себя: то, что происходило со мной, это ненормальный тип. И я помню это состояние. Со мной никто не разговаривал за три дня до матча. И три дня после, если вдруг что—то случалось не так. Во время матча не нужно было подходить. Это было страшное состояние. Брат отсаживался, потому что рядом со мной было невозможно находиться. Когда в "Металлист" пришел Маркевич, бюджет был миллиона три. А когда я уходил, он был 60 миллионов. Пять миллионов в месяц. Я где-то говорил, четыре. Нет, пять миллионов. В сезоне 2011/2012 годовой бюджет был 60 миллионов. Там одна зарплатная ведомость была огромная. Я все цифры помню. Содержание стадиона было 20 миллионов гривен, это при курсе 8. Вы же помните стадион, одно поле стоило 3 миллиона евро. И это было не первое поле. Это было четвертое поле, которое я перестелил за время своего пребывания в клубе. Мы особо старательно следили за полем. Его нам стелила очень хорошая компания, она занималась полем "Арсенала" на "Эмирейтс" и "Уэмбли". В один момент я понял, что с нашими днепропетровскими специалистами, которые стелили газон, мы к Евро не управимся. И получили такое поле! Даже на "Шахтере" такого не было. Они потом взяли нашу технологию и прошили. На три процента поле — оно же искусственное, прошито ниткой. Специальная машина приезжала. По-моему, из 3 миллионов, 300 тысяч стоила только эта прошивка. Потом мы купили лампы, которые поле освещали и подогревали. Весь бюджет поля к Евро — 3 миллиона. А весь бюджет стадиона 96 миллионов, из которых 30 дал я, а остальное разного уровня бюджеты. Для сравнения, львовский стадион стоит 300 миллионов — в три раза дороже. Причем там на 10 тысяч меньше посадочных мест. Там 30-тысячник, а в Харькове — 40-тысячник. Вы же помните, что творилось на матчах "Металлиста" в Харькове? Туда попасть было нельзя! Там дамочки ходили на шпильках, это как в театр. Ну, Шавьер, Жажа, Александр Валерьевич Рыкун, Папа, Вильягра, Девич. Вы помните команду? Тайсон на мотороллере. Как он убежал с "Динамо"? Кто его мог догнать? Сейчас я смотрю, Тайсона не видно в "Шахтере". Тогда же Тайсон — это был артист. А Соса? Пасы эти помните? Соса и отбор мяча. Как он стелился над травой! С "Сошо" 4:0 — первый мяч Соса какой забил!

— Как удалось организовать такую машину?

— Мы все занимались командой. Естественно, больше всех занимались Маркевич и Красников, но иногда даже я участвовал в воспитании. Особенно по Жаже, сколько я с ним беседовал. С Сосой сколько я беседовал, с каждым. Все тащили, у каждого была своя задача. Но иногда нужна была подстраховка друг друга. С Тайсоном я сколько нянчился, чуть ли не грудью его кормил. Тайсон очень такой... Все непростые. Александр Валерьевич Рыкун — я с ним полгода разговаривал, полгода по три раза. У него же свои особенности были. Вот мы эти особенности отвлекали моими баснями. Что я только ни придумывал с Александром Валерьевичем. "Ваша мама пришла, молочка принесла", — говорил ему. Потом Александр Валерьевич в спецсостоянии позванивал мне года два по ночам. Это интересные времена были.