Возможная натурализация Тайсона всколыхнула интерес к этой проблеме, с каждым годом становящейся все более привычной для Украины. О натурализации terrikon.com беседует с российско-украинским телекомментатором и экспертом Юрием Розановым.

- Юрий Альбертович, нравится ли вам перспектива натурализации Тайсона?

- Разве дело во мне? Главным в этой истории является то, что сказал недавно по этому поводу тренер сборной Фоменко. А Михаил Иванович сказал, что Тайсон – игрок, который по своему уровню действительно может помочь сборной. Поэтому – почему бы его не натурализовать? Если посмотреть на эту ситуацию спокойно, то это является общепринятой практикой во всем мире, и нигде до государственного масштаба ее не раздувают. Так что в данном конкретном случае я не вижу никаких проблем. Кроме, разве что, одной. Я не изучал эту тему углубленно, но мне кажется, есть какое-то положение УЕФА насчет того, как долго игрок должен выступать в национальном чемпионате, чтобы иметь право играть за сборную этой страны.

- Есть принятая УЕФА норма о том, что этот срок составляет пять лет. Тайсон играет в Украине три года…

- Вот видите! Что же получается - мы Тайсона натурализуем, чтобы он за сборную Украины выступал в товарищеских матчах? Но никто в такие тонкости не вникает, обсуждая случай Тайсона. Все, кто инициирует диалог вокруг этого, добивается столкновения полярных мнений по этому поводу и набирает за счет этого себе рейтинг.

- А насколько Тайсон вообще "в стилистике" нашей сборной? Если предположить, что Тайсон все-таки уже украинец и его можно задействовать уже в ближайшей игре с Польшей - видите ли вы ему место в сборной Фоменко?

- Вы знаете, я не очень люблю играть в такие игры. Вы хотите, чтобы я его сейчас взял и вставил в сборную Фоменко?

- Ну да. Чисто виртуально, разумеется.

- Нет, я не буду этого делать. Понимаете, в чем дело… Сборная Фоменко – абсолютно цельный организм, который работает по тем правилам, по тому адреналину, по той подпитке эмоциональной, которую мы с вами знать не можем. Причем, сборную Фоменко ведь нельзя упрекнуть в том, что кто-то там сэкономил силы. Будь это натурализованный Эдмар или абсолютный украинец Ярмоленко – никто не оставляет ничего про запас, все полностью выкладываются. И эта командная химия, бесспорно, осознается внутри коллектива. А мы сейчас будем одного убирать, другого ставить, не зная, на каком "бензине" едет эта команда. Очень опасно заниматься составлением подобным схем.

- Генеральный директор "Шахтера" Сергей Палкин утверждает, что к натурализации Тайсона клуб подтолкнули не собственно клубные интересы, а прежде всего интересы сборной…

- Разумеется, в данной ситуации пользу получает и "Шахтер", которому будет проще с лимитом, и сборная, наверное, тоже. Почему нет? С какой стороны ни подойди, господин Палкин говорит правильные вещи. Он говорит, что его волнуют интересы сборной – я охотно в это верю. Но интересы "Шахтера" его волнуют тоже. И, кстати, я не готов его за это осуждать. Он работает в конкретном клубе, и главная его обязанность – блюсти интересы этого клуба. Почему тут надо требовать, чтобы он только о сборной заботился и про "Шахтер" не думал? По-моему, он абсолютно логичен в своих поступках. А говорит он то, что от него хотят услышать.

- В России дискуссия по поводу натурализации спортсменов идет широко и давно, и касается она не только футбола. И весьма распространена точка зрения, что натурализация – это подтверждение кризиса российского спорта, невозможности подготовить собственных спортсменов высокого уровня…

- Давайте рассмотрим один совершенно конкретный пример. Вот сейчас всех волнует чемпионат Европы по баскетболу и выступление на нем сборной Украины. А вспомните, как натурализация Джона Роберта Холдена позволила баскетбольной сборной России победить в финале Евро-2007 испанцев, причем в их собственном логове. Тогда это казалось совершенно невозможным. Но именно бросок Холдена принес России "золото". Вот вам натурализация! А рассуждения о том, что она перекрывает кислород своим, что это связано со слабостью отечественного спорта… Ну да, конечно, связано. Но если бы у нас в России или в Украине было 15 своих Круиффов, 15 Неескенсов или 15 Руди Кролов, только не голландцев, конечно, а своих – мы бы не вели никаких разговоров о натурализации. Разумеется, натурализуют тех, кто кажется или является сильнее. Разумеется, это в какой-то степени говорит о недостаточной силе своих. Но я опять-таки не вижу в этом катастрофы. Что плохого в том, чтобы увидеть ясно свои недостатки? Или что, лучше убеждать себя, что мы – самые сильные в мире, не имея на это никаких оснований? Это уже какая-то митинговость, которой лично я всячески стараюсь избегать.

Впрочем, у каждой медали есть орел, и есть решка. Вспомните, какие разговоры велись в свое время вокруг Веллитона и его возможного привлечения в сборную России! Он постоянно забивал, в сборной с нападением тогда были проблемы – и казалось, что в его привлечении есть резон. Потом он забивать перестал, в сборной с нападением стало получше, и разговоры о натурализации затихли. Это абсолютно нормальная история. Тут же вспоминается случай с Луисом Адриано. Сейчас, по-моему, никто не говорит о его возможном привлечении в сборную Украины, правильно?

- Ну, тот же Палкин недавно заявил, что это всегда оставалось только на уровне разговоров…

- Ну как это разговоры, когда я сам видел сюжет, где Адриано в камеру заявляет, что не против играть за Украину! Палкин может говорить как генеральный директор клуба с позиции: принимаются какие-то практические шаги или нет. Именно это он и подразумевает в данном случае. Возможно, действительно дальше разговоров дело не пошло – но разговоры-то такие ходили! А дело в том, как я считаю, что Луис Адриано играет сейчас плохо и забивать перестал. Поэтому сейчас он фигура для обсуждения менее лакомая, нежели Тайсон. А вообще, все дискуссии на тему, кто сильнее и нужнее для сборной, не имеют никакого смысла на нашем уровне. Повторюсь: важно то, как высказался по этому поводу Фоменко. Он мало говорит, но когда его прямо спросили: "Вам нужен Тайсон?" – он ответил: "И Тайсон тоже". Яснее сказать невозможно.

Евгений Ясенов, "Террикон"