Белик к Белеке. Созвучие фамилии и места, где сборная Украины проводит турецкий сбор, конечно же, не единственный повод для интервью с форвардом донецкого "Шахтера".

— Чем занимаешься тут в свободное время?
— Да особо ничем. В восемь встал, взвесился, пошел на тренировку. Потом завтрак, потом с 10-ти до 12-ти пляж, дальше обед, отдых и вечерняя тренировка. Ужин, восстановительные мероприятия, сауна — и отбой. Ну, вечером еще можно прогуляться по территории отеля или посмотреть российские каналы. А участвовать в каких-то мероприятиях отеля я не любитель. Тем более, перед чемпионатом мира.

— В воскресенье игра с Коста-Рикой, а потом улетаете на сбор в Швейцарию. Туда ведь жен с собой не берете?
— 26-го прилетаем из Турции, и жены сразу отправляются по домам. С воскресенья начнется серьезная работа.

— Леша, были слухи, что тебя хочет московский ЦСКА...
— На меня они не выходили. Слышал такие новости по телевизору, когда был зимой в отпуске. Но в клубе сказали – никто не обращался.

— "Шахтер" и ЦСКА – команды приблизительно одного уровня. Может, если уходить, то в более сильный клуб?
— В "Шахтере" сейчас у меня не складывается с игровой практикой – то играю, то нет. Сложно прогрессировать, когда один раз вышел на поле, а потом три матча в запасе... Конечно, "Шахтер" — моя родная команда и останется в моем сердце всегда. Но сначала идет любовь к футболу, а потом любовь к какой-то команде. Я люблю футбол и хочу играть в него.

— А почему, на твой взгляд, играешь мало?
— По-моему, в "Шахтере" слишком много нападающих равного класса. Тренер, как он сам говорил, дает по чуть-чуть поиграть всем, чтобы никто не потерял места в своих сборных. Но у футболистов разная психология! Мне, чтобы чувствовать себя на поле уверенно, нужно быть раскованным. А когда я выхожу на матч с мыслями, что это мой последний шанс, начинаю нервничать от того, что хочу сделать слишком много. И делаю меньше, чем могу... Думаю, если бы у нас было не шесть нападающих, а три, как в лучших клубах Европы, чаще бы выходил на поле и имел возможность доказать тренеру, на что способен.

— Ты один из немногих в национальной сборной, кто уже участвовал в финальных турнирах чемпионатов Европы и мира, правда, среди юниоров. Тот опыт что-то дает?
— Он дает понимание того, что на таких турнирах слабых соперников не бывает. Вот сейчас говорят — у нас слабая группа, мы должны выходить. Но все дело в том, что цель эту ставим не только мы. В Украине считают — Испания фаворит, а следом мы. А в Тунисе и Саудовской Аравии считают, что Испания выше всех, а следом идут они. Можно быть слабее, но настроиться на три игры и обойти тех, кто сильнее. Слишком маленькая турнирная дистанция, чтобы определить действительно сильнейших.

— Ты себя считаешь форвардом таранного типа?
— Не люблю таких слов — таранного... Я — форвард, который больше ведет силовую борьбу и предпочитает игру в одно-два касания. Могу увести за собой защитника, освободить зону для партнера. Да, у меня хуже получается дриблинг, обводка одного-двух человек... Но в моем понимании форвард — это тот, кто забивает. А классный форвард еще и уделяет внимание обороне. У нас сейчас и в сборной, и в клубе тренеры стали после игры смотреть, сколько раз нападающий вступил в отбор.

— Но все-таки согласен с мнением, что ты хорош, когда надо продавливать насыщенную оборону, и хуже, когда надо играть на контратаках?
— Да, согласен. Хотя мне сложно в контратаках, когда надо пройти большое расстояние с мячом. А когда надо завершить атаку или отдать пас в одно касание, с этим мне справиться легче. Ну, а в массированных атаках я как рыба в воде.

— Открой секрет: почему, когда ты падаешь, судьи всегда свистят, независимо от того, был фол или нет?
— Просто наши судьи привыкли свистеть по любому факту падения. И не только наши — также в Италии или Испании. А в Англии по-другому — там не свистят, даже когда есть фол. Поэтому и симулировать нет смысла. А у нас есть возможность упасть или подставиться.

— Ну, о симуляции не скажу, но подставляешься под соперника ты нередко…
— Понимаешь, бывает, когда принял неправильное решение и потерял мяч, то лучше подставиться и сохранить мяч для своей команды. Порой, просматривая игру, ругаю себя за то, что упал, когда можно было не падать. Но во время игры эмоции не дают поступать по-другому.

— Перед каждым чемпионатом мира начинаются споры – надо брать жен и подруг на сборы, на турнир. В Турцию вам разрешили взять супруг и девушек. И как — не мешает?
— Да нет. Олег Владимирович сразу сказал — мы едем туда восстанавливаться после сезона и готовиться к чемпионату мира. И предупредил — у жен свободный график, они могут ходить на пляжи и по магазинам когда хотят, а футболисты должны выполнять тот график, который висит у доктора на двери. Есть свободное время, но если взвешивание — надо быть на взвешивании, завтрак — значит, завтрак. Все этого придерживаются, и никаких конфликтов пока по этому поводу не было. Все понимают, к чему готовятся. У всех чемпионат мира впервые.

Дмитрий КОРОТКОВ, "Сегодня", 26.05.2006