Капитан "Зенита" – главный конструктор игры команды в средней линии. Другого столь же надежного диспетчера и одновременно разрушителя атак соперника в России нет, и болельщиков огорчает лишь то, что Тимощук защищает цвета не российской, а украинской сборной.

- Расскажите о вашей родине – городе Луцке.
– Это маленький, очень чистый город в Волынской области с красивым средневековым замком и парками. Волыняне традиционно гостеприимны и довольно упорны в достижении своих целей.

- Я знаю, что к футболу вас пристрастил отец. А как к этому относилась ваша мама?
– Она относилась нормально до тех пор, пока мы с папой не начинали играть в футбол дома. Еще она расстраивалась, что отец меня постоянно обыгрывал, говорила: "Ну, поддайся ты ему, он же маленький". А он не хотел поддаваться. Да и я не хотел.

- В итоге все-таки удалось отца обыграть?
– Конечно. Не только обыграл, даже нанес ему травму. (Смеется.)

- Какие предметы вам нравились в школе?
– Нравилась алгебра, я с большим удовольствием решал уравнения. И еще украинская литература, которую очень хорошо преподавали.

- А можете наизусть прочесть что-нибудь из Тараса Шевченко или Леси Украинки?
– Ну, кое-что из Шевченко… (Анатолий мечтательно смотрит в потолок и декламирует.)

Як умру, то поховайте
Мене на могилi,
Серед степу широкого,
На Вкраiнi милiй,
Щоб лани широкополi,
I Днiпро, i кручi
Було видно, було чути,
Як реве ревучий.

(Шофер Анатолия Андрей, задремавший за соседним столиком, – интервью проходило в ресторане – открывает глаза и зачарованно взирает на Тимощука: "Вот это да. Футбол, футбол, а смотри-ка ты…")

- Вы же потом еще и высшее образование получили – в Волынском государственном университете.
– Да, по специальности "Профессиональный и олимпийский спорт". Помню, были довольно волнующие экзамены, особенно один, по анатомии, который принимали сразу пять или шесть преподавателей, а я с указкой в руках стоял у схемы человеческого тела и рассказывал про его строение. Но в общем учиться было довольно легко, ведь я уже жил спортом и многие нюансы знал на практике. У меня был индивидуальный график обучения, поскольку к моменту поступления я играл в команде мастеров.

- Говорят, что вы внесли что-то новое в медицинскую практику "Зенита".
– (Смущается.) В "Зените" очень хорошие медицинские специалисты. Просто когда я пришел в клуб, то предложил им свой вариант компресса, это моя маленькая военная тайна. Вариант прижился и используется теперь наряду с тем, что был принят ранее.

- А тема диссертации, которую вы собирались написать, как-то с этим связана?
– Нет. Я изучал влияние стопы на опорно-двигательную систему человека. Хотел наблюдать ребят из спортивных школ в возрасте от десяти до четырнадцати лет. Но, к сожалению, сейчас не до этого.

- У вас большая коллекция православных икон. Почему вы собираете именно их?
– Это духовная ценность народа. Когда ты видишь, как ее уничтожают или вывозят за границу, становится неприятно, обидно. Ко всему прочему мне доставляет удовольствие заниматься изучением иконописи. Уже более-менее научился датировать иконы, определять школы и направления, к которым они принадлежат: северорусская, владимирская, палехская, афонская или, к примеру, украинская, которая скуповата по манере, но все равно очень красива.

У меня в коллекции более ста экземпляров разных эпох, все с описаниями экспертов. Есть идея их где-то показать, открыть мини-музей, чтобы они стали достоянием народа. Ведь залов, где были бы выставлены только иконы, почти нет.

- Рядом с вами часто можно увидеть вашу супругу Надежду. Ходят слухи, что она главный человек в вашей семье.
– Она не главный, но это мое сокровище. Познакомились мы в маршрутном такси четырнадцать лет назад, когда еще учились в десятом классе. С тех пор вместе и любим друг друга.

- Она вас не ругает после матча, если на поле что-то не удалось?
– Надя знает: иногда я прихожу с игры настолько злой, что меня на эту тему вообще лучше не трогать. Я не из тех, кто пришел домой после проигрыша и тут же забыл, что было на поле. Я могу ночами не спать, переживаю. Много анализирую, как можно было лучше сыграть, не могу поверить, что это уже случилось и ничего не изменить.

- Вы как капитан как-то настраиваете свою команду на игру?
– Я считаю, что прежде всего профессионал должен сам себя настраивать. Если он не готов играть, то его никто не подготовит. На то он и человек, который работает по контракту. Но если молодые нервничают, то стараюсь подсказать, могу и прикрикнуть, но чаще всего просто желаю футболисту, чтобы у него все получилось.

- Если между игроками вашей команды происходит стычка, как себя ведете?
– Бывает такое, в основном на тренировках. Но это неотъемлемая часть спорта. Ты находишься в большом мужском коллективе, наслаивается нагрузка… В таких случаях я стараюсь поставить преграду конфликту, пресечь его. Команда должна быть командой, футбол – коллективная игра.

- А самому-то вам приходилось скандалить на поле?
– Раньше бывало неоднократно. Я вспыльчивый. Когда тренером в "Шахтере" был Невио Скала, он как-то подозвал меня к себе и сказал: "Надо быть поумней. На тебя другие смотрят, берут пример". И тогда я переосмыслил свое отношение к потасовкам.

- Вы ездите смотреть дубль "Зенита"? Что у нас происходит с молодыми игроками?
– Езжу, смотрю, есть очень талантливые ребята, но всем, и это касается не только нашей команды, нужно работать над своей психологией. Сколько раз я видел, как молодой игрок показывал чудеса и производил впечатление молодого дарования, а потом попадал в основной состав клуба, и ему начинало казаться, что он все уже всем доказал. После этого он останавливался в своем росте и начинал деградировать.

Если ты чего-то достиг, надо не почивать на лаврах, а тут же ставить себе новую цель. Я в детстве хотел попасть в "Динамо" (Киев) или в "Шахтер". Попал в школу "Динамо", потом начал играть в "Шахтере", вместе с командой впервые выиграл чемпионат Украины. Затем поставил цель сыграть на чемпионате мира в сборной. Сыграл, поставил цель выиграть с командой один из еврокубков. Выиграл. Теперь победа в Лиге чемпионов не кажется мне несбыточной мечтой.

- Скажите напоследок, верите ли вы, что народы России и Украины сохранят добрососедские отношения, учитывая последние международные события?
– Надеюсь, что да. Ведь в любом процессе важны переговоры, попытки услышать друг друга. Если человек не готов двигаться к общему знаменателю, он никогда к нему не придет. А вот если люди хотят жить в мире и согласии, им никто не сможет помешать.

Егор Яковлев, "Собака.ru". Автор фото – Артем Гаврилюк