Как написали бы рекламщики века прошлого и века позапрошлого - всего один день, проездом, Донецк посетила Англия. Если быть справедливым к жителям всего Острова - британцы посетили, ведь наверняка среди фанов были и валлийцы, и- а вдруг! - ирландцы.

Хотя какой-нибудь буквоед заметит, что не один день, пусть и проездом... Да ну их, этих неприятных буквоедов, скаредов и прочих медведов! Главное-то что? - 19 июня Донецк на короткий срок своего и в истории не длинного бытия, снова стал Юзовкой былых времен, когда английская речь на степных просторах лилась вольготно и беспрепятственно. Более того, в центральной части своей шахтерская столица стала маленьким Лондоном. Лондоном-на-Кальмиусе, как прозорливо назвал наш городок, тогда еще местечко, журналист "Биржевых ведомостей" в 1887 году.

И ведь все срослось - настоящий англо-ирландский паб "Golden Lion" (для тех, кто к стыду своему еще не знает - "Золотой лев", а лев представитель классической английской геральдической фауны), море пива, море англичан, аутентичные констебли лондонской полиции, "бобби", бесконечная лента английских флагов и английских песен. Море пива - не метафора в данном случае, не преувеличение, а радостный итог дня для владельцев и "Golden Lion", и других кафе на бульваре Пушкина и Первой линии. Тот, кто видел англичан, несущих в руках четыре бокала, а в зубах пятый - поймет, о чем я. Констебли соревновались вечером 19-го в том, кто больше сфоткается с дружелюбными дончанами (Эй, констебль номер 7597, помнишь меня? Это я научил тебя слову "chuvack", и обрадовал новостью, что май нэйм из Паша).

Гудел, свистел, радостно орал при виде символического гроба для Сола Кэмпбелла вечером 19-го Лондон-на-Кальмиусе. Рядом с констеблями, чопорные викторианские шлемы которых могли возбудить в дончанах, читавших или смотревших про похождения светского бездельника Берти Вустера, желание последовать аристократической традиции Лондона-на Темзе - сорвать шлем (фуражку) с констебля (милиционера), и затем радостно заплатить 5 фунтов штрафа в суде, крутились водовороты ряженных англичан - тамплиеры, мавры, офицеры и джентльмены. Карнавал, карнавал футбольный, этнический, интернациональный.

Смею заверить вас, что ничего подобного в нашем городе, конечно же, еще не было. Но интернациональное братание болельщиков двух стран, превративших противостояние двух национальных сборных в истинный и искренний праздник футбола, праздник горячей человеческой дружбы, как это ни странно, подумалось, смотрелся в городе пролетариев, в городе исторической встречи разных цивилизаций, куда правдивей и естественней, чем в любом другом городе. И темная громада памятника Ленина не мешала этому впечатлению. Более того, казалось порой, что каменный Ильич вот-вот согнет в колене ногу, а кто-нибудь услужливо подставит под знаменитый донецкий "большой башмак" (бутса?, ведь boots - это и есть изначально "башмаки" в переводе на русский) большой мяч "Танго-12".

Кстати, а вы как считаете, какое игроцкое амплуа было бы у тов. Ленина (Ульянова)? Лично мне кажется, что плеймекер. Что-то в этом есть, и пора уже это использовать. Американцы в свое время очень симпатичную баскетбольную футболку выпустили - на ней был изображен молодой Ульянов в баскетбольной майке же под номером 99 и с надписью Kazan' University Team. Вот это, я понимаю, здоровый подход к роли личности в истории.

А у "Золотого льва" в Донецке история вчера оживала в самых разных картинках. Английские болельщики запускали в воздух надувные модели "спитфайеров" и "харрикейнов" времен второй мировой - "Битва за Британию" продолжается. И глядя на самолеты с британским трехцветным опознавательным кругом на крыльях, заходящих на посадку на крышу шатра у "Золотого льва", я думал, кроме всего прочего, что жители Лондона-на-Кальмиусе научатся у предков британцев, построивших в свое время их город, не только умению поднимать боевой дух родной команды, но и делать это с юмором, с выдумкой, без гримас угрюмости и ксенофобии.

На Первой линии (в "британский" день не поворачивался язык называть главную улицу города другим именем) пожилой английский болельщик вез в коляске подростка-инвалида. Оба в форме сборной, у обоих оптимистичные лица. Они остановились под аркой полуокружий, последовательно сменяющих друг друга: на всех слово привычное и родное для английского глаза - "Liverpool". Пожилой пошарил глазами по донецким людям и попросил пожилую пару - мол, не могли бы вы нас сфотографировать. Наши фотографировали, в глазах стояли слезы. Теплый день лился по свежеокрашенным стенам домов, зелень настраивала на лирический лад, английская речь, заглушавшая местами русскую, навела на крамольную мысль - может, и город наш построен был только для того, чтобы однажды в него приехала сборная Англии, и мы вместе попили пива, и поорали песни и про футбол?

Олег Измайлов, КИД