Генеральный директор ФК "Шахтер" Сергей Палкин раскрыл несколько "секретов", касаемо названия строящегося стадиона, а также нашумевшего "дела Матузалема".

- Кто принимал окончательное решение о названии стадиона?
- Участвовать в обсуждении могут все. Решение – одно, и оно следует от президента клуба. Президент решил свое детище назвать "Донбасс-Арена". Я считаю, никто не может с этим поспорить и никто не может предложить что-то более оригинальное. В обсуждении принимали участие все. И менеджмент клуба, и компания Interbrand, разрабатывавшая логотип стадионе. Обсуждал наблюдательный совет клуба. Очень большой объем информации мы получили с сайтов, где обсуждался вопрос об имени арены. Название возникало и на "Терриконе", и на других сайтах. Наиболее логичным казалось, что "Донбасс-Арена" - это наиболее удачное название для строящегося сооружения. И как один из вариантов мы приняли название "Донбасс-арена". Естественно, финальное слово осталось за президентом.

- Будете ли вы продолжать сотрудничество с компанией Interbrand?
- Они разработали логотип арены. Может быть, осуществят еще несколько разработок для стадиона. В дальнейшем я пока не вижу совместных тем, над которыми мы бы могли работать вместе.

- Правда ли, что это лого будет находиться на каждом кресле стадиона?
- Эти кресла уже есть. 50 000 кресел, и на каждом находится логотип "Донбасс-Арены". Кресла делала компания "Комати".

- Как вы относитесь к тому, что название стадиона (как ранее эмблема клуба) стало достоянием общественности до презентации?
- Этого не избежать, когда к процессу подключено большое количество людей. Если бы вы меня спросили о названии стадиона вчера, я бы предложил вам подождать. А официальное подтверждение названия стадиона вы слышите только на официальной презентации.

- Как продвигается дело Матузалема?
- На суде в Лозанне присутствовал агент Матузалема, была представлена сторона ФИФА. К сожалению, со стороны "Сарагосы" никто не приехал. Суд длился 9 часов. Когда вы судите по вербальным знакам судей, всегда можно более или менее определенно понять, в какую сторону мы движемся. С точки зрения вербальных знаков судей, мы движемся в правильном направлении. И я считаю что сумма, которую до этого присудила к выплате ФИФА, будет однозначно выше.

- То есть, Вы уверены, что "Шахтер" выиграет это дело?
- Смотря что подразумевать под словом "выигрыш". Считать ли выигрышем то, что мы выставили счет "Сарагосе" на 25 миллионов, а нам присудят половину? Считать ли, что половина – это тоже выигрыши? Вопросы риторические. Если нам удастся получить 10-13 миллионов евро после суда в Лозанне, то, полагаю, что задачу свою мы выполнили полностью.

- На какой стадии находится рассмотрение дела?
- Думаю, через месяц-два судьи вынесут окончательное решение. В ходе судебного разбирательства выплыли дополнительные факты. Как вы знаете, Матузалем был отдан "Сарагосой" в аренду "Лацио". И суд принимал решение: оглашать ли детали данного соглашения перед всеми участникам суда. В итоге они открыли все детали этого контракта. Выяснилось, что если Матузалем разрывает контракт с "Сарагосой", то он должен выплатить 22 миллиона евро. А если "Лацио" выкупает футболиста, то оно должно выплатить минимум 13, максимум 15 миллионов евро. Налицо двойные стандарты. Когда речь касается "Шахтера", "Сарагоса" хочет дать 3 млн. евро. Когда же речь заходит об их с "Лацио" взаимоотношениях, то можно требовать 13 миллионов евро. Как мне показалось, судьям не понравились эти двойные стандарты. Я надеюсь, что они примут их во внимание и вынесут достойный приговор.

Юрий ПОПОВ, "Террикон"