Ситуация с возможной дисквалификацией голкипера "Шахтера" Александра Рыбки всколыхнула футбольную общественность. Не смогли остаться в стороне и те, кто в свое время уже испытал на себе подобные происки судьбы. Корреспондент "СЭ" пообщался с одним из первых украинцев, отлученных от футбола из-за уличения в допинге - форвардом "Днепра" 1990-х Сергеем Нагорняком. Тогда, после матча плей-офф с Хорватией за право играть на чемпионате мира в допинг-пробе игрока нашли запрещенный препарат - бромантан.

- Известие о моей дисквалификации было шоком, - вспоминает футболист. - Только спустя какое-то время, когда эмоции немного улеглись, стал относиться к происходящему более спокойно. Было тяжело - я ведь привык доверять врачам и не ожидал такого подвоха. После этого случая отношение к людям в белых халатах изменилось кардинально - в дальнейшем я самолично все проверял.

- Как удалось пережить этот непростой период?
- В первую очередь, благодаря поддержке семьи. Не отвернулся и клуб, за что по сей день благодарен его владельцам.

- Наверняка хватало и "доброжелателей"?
- Могу сказать, что после этого случая на многих людей из близкого окружения стал смотреть совсем по-другому. Я вообще не злопамятный человек, но пословицу "Друг познается в беде" пришлось испытать на себе.

- Как поддерживали физическую форму во время отлучения от футбола?
- Хоть я и не принимал участия в матчах, старался активно тренироваться с командой, брать необходимую нагрузку - проходил тесты, все время был в тонусе. Как результат: в первой же официальной игре после окончания "ссылки" сумел отметиться голом.

- Дисквалификация поменяла взгляды на жизнь?
- Тогда мене было 27 лет - можно сказать, самый расцвет карьеры. Естественно, этот случай научил меня смотреть на жизнь немного по-другому, более серьезно что ли.

- Что можете посоветовать Александру Рыбке, которому сейчас явно не позавидуешь?
- Прекрасно понимаю как ему сейчас тяжело - парень находился на пике формы, выдавал прекрасные матчи, подавал большие надежды. Но Рыбка сам виноват - он сделал большую глупость.

- Как думаете, связана ли феерическая игра вратаря с применением запрещенного препарата?
- Вряд ли. Просто наверняка перед ответственными матчами Саша, склонный к полноте, еще старался держаться в тонусе, а после игры уже позволял себе хорошенько отдохнуть. Но от взвешивания ведь не убежишь - в итоге, в ход шли мочегонные препараты. Считаю, с этим вообще нельзя шутить. У нас когда-то был футболист, который подобным образом сгонял вес, так вот на десятой минуте тренировки из-за обезвоживания организма его уже хватали судороги.

- Голкиперу "светит", как минимум, полгода дисквалификации. Как не сломаться в такой ситуации?
- В первую очередь, выбросить из головы все дурные мысли и надеяться, что УЕФА накажет по минимуму. Впрочем, каким бы ни был вердикт, за это время нужно будет много работать и в корне менять свою психологию. Ведь если Саша для снижения веса принимает мочегонные таблетки, это значит, он любит хорошо поесть. Помню, с его лишним весом постоянно боролось "Динамо", так что пора делать выводы. Надеюсь, нынешняя ситуация его ударит так, что до него наконец что-то дойдет.

- Не показалось ли вам, что "Шахтер" пытается несколько дистанцироваться от Рыбки, категорически заявляя, что во всем виноват футболист?
- Думаю, в клубе правы. Сейчас все профессионалы и должны понимать, какие могут быть последствия от таких действий.

- Рыбка наверняка рассматривался тренерским штабом сборной Украины как один из вратарей команды на Euro-2012.
- Думаю, это не большая потеря для Блохина. Скорее всего, он должен был исполнять функции дублера Шовковского, который у нас голкипер №1. Нельзя забывать и о том, что в обойме имеются такие мастера, как Дикань и Пятов.

- Напоследок посоветуйте нынешним футболистам как обезопасить себя от запрещенных препаратов?
- Практически никак. На мой взгляд, от этого никто не застрахован. Вы посмотрите, что сейчас кушают: игрок перед матчем съедает, к примеру, кусок мяса, а чем он там нашпигован - неизвестно. Остается только догадываться, что потом покажет допинг-тест. Существует масса случаев, когда уже сложно было что-либо доказать.