Нападающие сборной России Александр Радулов и Алексей Терещенко подрались на тренировке в Ванкувере. После игрового столкновения хоккеисты вдруг сцепились у борта. Оба, правда, сразу поняли, что погорячились и перевели конфликт в шутку. Но сразу стало ясно - перед стартом Олимпиады нервы хоккеистов натянуты до предела. При этом надо отметить, что Радулов - один из основных нападающих сборной России, в то время как Терещенко поехал в Ванкувер запасным.

Эта тренировка стала последней для хоккейной сборной России в усеченном составе. Уже сегодня в сборную начнут прилетать хоккеисты НХЛ, и очередное занятие пройдет на основной арене Олимпийских Игр в центре Ванкувера.

Как и накануне, россияне вновь заняли каток с порядковым номером один, где в присутствии сотни канадских зевак провели полуторачасовое занятие. На этот раз двенадцать полевых игроков Вячеслав Быков разделили на четыре тройки, каждая из которых имела свой цвет формы. Первое занятие представляло собой игру в мини-хоккей два на два. Расстояние от ворот до ворот было около шести метров и по прошествии минуты пары хоккеистов сменяли друг друга поочередно. Таким образом хоккеисты отрабатывали слаженные действия на пятачке в условиях ограниченного пространства. Следующая часть тренировки также была посвящена мини-хоккею, однако в этот раз хоккеисты играли уже три на три и расстояние между воротами несколько увеличилось. Третья часть тренировки проходила уже на всей площадке, но опять же три на три и смены троек Вячеслав Быков проводил настолько часто, насколько это было возможно. Заключительные десять минут тренинга были посвящены пробитию буллитов - тут не было равных Сергею Федорову. С лучшей же стороны проявили себя голкиперы нашей сборной, отразившие абсолютное большинство бросков при пробитии хоккейных пенальти.

На тренировке команды присутствовал и глава ФХР Владислав Третьяк. Владислав Александрович появился на арене за полчаса до начала занятий и его присутствие не осталось незамеченным любителями хоккея Канады. Российскую легенду тут же обступили со всех сторон и пока Третьяк не расписался на все, что ему было принесено (майки, кроссовки, книги, клюшки), его в покое не оставили.